Автор: Колизей Категория: Персона
Печать

Ярос­лав: Те­атр на­чи­на­ет­ся с ве­шал­ки, а юмо­рис­ти­чес­кий про­ект – с его соз­да­те­лей. Кто сто­ял у ис­то­ков, и ко­му приш­ла в го­ло­ву свет­лая идея соз­да­ния «Man­hat­tan Show»?

Кон­стан­тин Изю­мов: До это­го про­ек­та мы все бы­ли КВНщи­ка­ми, иг­ра­ли за сбор­ную ПНТУ. Ска­зать, что ко­му-то кон­крет­но­му приш­ла мысль соз­дать по­доб­ную юмо­рис­ти­чес­кую прог­рам­му нель­зя. Прос­то, за­кон­чив с КВНом, за­хо­те­лось и даль­ше сме­шить лю­дей. Соб­ствен­но, вот про­дукт на­ших же­ла­ний.

Я: По­че­му все-та­ки «Man­hat­tan Show»? А не «Lon­don Show», к при­ме­ру?

 

Де­нис Твер­дох­леб: Прос­то, уже есть му­зы­каль­ная груп­па Lon­don Hill (сме­ет­ся).

К: Мы дол­го ду­ма­ли над наз­ва­ни­ем, и тут кто-то вык­рик­нул: «Ман­хэт­тен»! Всем сра­зу пон­ра­ви­лось.

Д: И как бренд наз­ва­ние до­воль­но рас­кру­чен­ное.

Я: Как лю­ди, соз­дав­шие ус­пеш­ный юмо­рис­ти­чес­кий про­ект, вы зна­ете его точ­ный ре­цепт. Что он вклю­ча­ет в свои ин­гре­ди­ен­ты?

Д: Хо­ро­шую ор­га­ни­за­цию и ак­те­ров. Это два клю­ча, без ко­то­рых за­мок не от­крыть.

К: Дру­жес­кий кол­лек­тив.

Д: И это то­же. КВНщи­ки ведь на­род прос­той. Мы мо­жем выс­ту­пать где-то на Ворскле в на­ряд­ных кос­тю­мах, а по­том си­деть у ко­го-то на квар­ти­ре, петь и раз­вле­кать­ся. Нет гра­ни, где об­щать­ся и с кем об­щать­ся. Мы прос­тые в ду­ше, и к нам при­хо­дят та­кие же лю­ди.

К: Я бы не ска­зал, что та­кие уж прос­тые. К при­ме­ру, се­год­ня мы ждем очень серь­ез­ных гос­тей.

Д: Но прос­тых (сме­ет­ся).

Я: Есть ли шанс у прос­то­го смер­тно­го по­пасть на сце­ну «Man­hat­tan Show» в ка­че­стве ре­зи­ден­та?

К: Мы прос­лу­ша­ли ог­ром­ное ко­ли­че­ство мо­ло­де­жи. Не зна­ем по­че­му, но на­дол­го они не за­дер­жи­ва­ют­ся. Мо­жет, по­то­му что у нас очень спло­чен­ный кол­лек­тив, ко­то­рый дол­гое вре­мя идет пле­чом к пле­чу, а, мо­жет, ре­бя­та нем­но­го не до­тя­ги­ва­ют до оп­ре­де­лен­но­го уров­ня. Но мы не от­ча­ива­ем­ся, а про­дол­жа­ем ис­кать. В дан­ный мо­мент на под­хва­те есть лю­ди, ко­то­рых хо­те­лось бы ви­деть здесь, на сце­не.

Д: Прос­то у нас уже есть оп­ре­де­лен­ный уро­вень опы­та, сыг­ран­нос­ти. Нам лег­ко ра­бо­тать имен­но тем сос­та­вом, ко­то­рый есть на дан­ный мо­мент. А для мо­ло­дых сде­ла­ли под­про­ек­ты. К при­ме­ру, «Бит­ва нас­мех», ко­то­рая про­хо­дит в ка­фе «Mo­xi­to», «КВН на вы­нос», «Re­al Co­medy», «Co­medy Battle». Мы ра­бо­та­ем с мо­ло­ды­ми ко­ми­ка­ми, по­мо­га­ем им пи­сать, де­лить­ся опы­том, по­то­му что, в свою оче­редь, ког­да мы толь­ко под­ни­ма­лись, бы­ли лю­ди, по­мо­гав­шие нам. Кста­ти, сейчас они при­хо­дят, смот­рят на нас и ра­ду­ют­ся.

Я: В пер­спек­ти­ве «Man­hat­tan Show» – про­ект мес­тно­го зна­че­ния, или хо­ти­те проб­рать­ся на все­ук­ра­ин­ский уро­вень?

К: Та­кой ка­зус – лю­ди, ко­то­рые при­хо­дят на нас смот­реть, хо­тят. Спра­ши­ва­ют: «По­че­му вы еще не ез­ди­те по Ук­ра­ине, не по­яв­ля­етесь в те­ле­ви­зо­ре?». Это не так прос­то. Нуж­ны лю­ди, ко­то­рые за­хо­тят нас под­дер­жать, то есть спон­со­ры.

Я: Го­во­рят, сейчас юмор стал плос­ким, пош­лым и не­ин­те­рес­ным. Это дей­стви­тель­но так, или но­вый мир дик­ту­ет но­вые пра­ви­ла?

Д: Ско­рее все­го, та­ков сов­ре­мен­ный мир. У 70 про­цен­тов лю­дей ра­бо­та, пос­ле ко­то­рой ты при­хо­дишь, са­дишь­ся в крес­ло и не хо­чет­ся ни­че­го де­лать. Со­от­вет­ствен­но, и юмор, ори­ен­ти­ро­ван­ный на та­ких лю­дей, не­на­вяз­чи­вый.

К: По­ни­ма­ете, пош­лый юмор мо­жет быть на уров­не гра­ни, глав­ное – пра­виль­но его по­дать и по­ка­зать, что мы выс­ме­ива­ем это. Есть про­ек­ты, нап­ри­мер, «Чер­ный КВН», ко­то­рые смот­ришь, и уши сво­ра­чи­ва­ют­ся в тру­боч­ку. Ко­неч­но, и у нас прос­ка­ки­ва­ют раз­ные по­доб­ные мо­мен­ты, но мы ста­ра­ем­ся де­лать так, что­бы лю­дям не бы­ло про­тив­но. Сов­сем без пош­лос­ти нель­зя. Из пес­ни слов не вы­ки­нешь, как из­вес­тно.

Я: Как ска­зы­ва­ет­ся то, что кон­ку­рен­ции у вас, по су­ти, нет?

К: Все за­ви­сит от кол­лек­ти­ва, ко­то­рый у нас до­воль­но боль­шой и спло­чен­ный.

Д: Кон­ку­ри­ру­ем меж­ду со­бой.

К: Бы­ва­ет и та­кое. По­па­да­лись ре­бя­та, ко­то­рые что-то ор­га­ни­зо­вы­ва­ли. Для нас это зво­но­чек. Мы ста­ра­ем­ся дви­гать­ся впе­ред, рас­ти, не сто­ять на мес­те.

Д: В пла­не мо­ти­ва­ции от­сут­ствие кон­ку­рен­ции пло­хо. Но есть мо­ти­ва­ция – нам скуч­но де­лать од­но и то же. И лю­дям скуч­но. Они го­во­рят: «Ре­бя­та, это уже бы­ло». При­хо­дит­ся при­ду­мы­вать что-то но­вень­кое. К при­ме­ру, се­год­ня бу­дет выс­ту­пать Эми­ли Мос­ка­лен­ко, выс­ту­пав­шая на «Ук­раїна має та­лант-4». Ей все­го 5 лет, но она луч­ше всех нас! Это сто­ит уви­деть. Каж­дый раз мы ста­ра­ем­ся прив­лечь ка­кую-ни­будь пол­тав­скую звез­ду, бла­го их хва­та­ет.

К: В прош­лый раз у нас выс­ту­па­ли ре­бя­та, хоть и с Пол­та­вы, но по­пу­ляр­ные во всей Ук­ра­ине. Это бы­ли Ар­тем Ло­ик и тан­це­валь­ный ду­эт «Боль­шая раз­ни­ца».

Я: Есть вы­ра­же­ние: «Баб­ло по­бе­дит зло. И доб­ро то­же». Как вы от­но­си­тесь к ком­мер­ции в КВНе? В «Man­hat­tan Show»? Не уби­ва­ет ли это дух юмо­ра?

К: Воп­рос де­нег ва­жен. Ког­да мы иг­ра­ли в КВН око­ло 6 лет каж­дый, то де­ла­ли это бес­плат­но. КВН – до­ро­гой вид де­ятель­нос­ти, ес­ли хо­чешь иг­рать на вы­со­ком уров­не, за пре­де­ла­ми род­но­го го­ро­да. На­ше­му про­ек­ту по­мо­га­ли, спа­си­бо этим лю­дям. Нель­зя ска­зать, что у нас та­кой уж ком­мер­чес­кий про­ект. Да, мы сни­ма­ем по­ме­ще­ния, про­да­ем би­ле­ты, но я не ска­жу, что это ог­ром­ные день­ги. За­то «Man­hat­tan Show» – един­ствен­ный про­ект та­ко­го ро­да на Вос­точ­ной Ук­ра­ине и са­мый ста­биль­ный. Боль­шин­ство по­хо­жих про­ек­тов за­ту­ха­ют пос­ле 2-3 вы­пус­ков. Та­кой по­пу­ляр­нос­ти и приз­на­ния не ку­пишь ни за ка­кие день­ги.

Я: Оп­ре­де­лен­ная ауди­то­рия тре­бу­ет оп­ре­де­лен­но­го юмо­ра, или боль­шин­ство шу­ток рас­сме­шат и ре­бен­ка, и взрос­ло­го?

Д: На «Man­hat­tan Show» юмор зах­ва­ты­ва­ет все слои. 75 про­цен­тов шу­ток рас­счи­та­но на то, что весь зал смо­жет ее оце­нить. Хо­чет­ся ска­зать, что мы ра­бо­та­ем ве­ду­щи­ми сва­деб, кор­по­ра­ти­вов и дней рож­де­ний. Вот там в на­ли­чии са­мый что ни на есть конъ­юн­ктур­ный под­ход. Ес­ли си­дит че­ло­век на 60-лет­нем юби­лее, мы не бу­дем шу­тить на мо­ло­деж­ные те­мы, об эк­за­ме­нах, сту­ден­чес­ких ве­че­рин­ках или что-то в этом ро­де. Есть и ми­ни­атю­ры, ко­то­рые хо­чет­ся пос­та­вить, но они не до­хо­дят до сце­ны. Ре­бя­та, от­ве­ча­ющие за ре­дак­ту­ру но­ме­ров, го­во­рят: «Смеш­но, но это внут­рен­ний юмор». 3 че­ло­ве­ка «в те­ме» мо­гут за­ли­вать­ся сме­хом, а весь зал бу­дет мол­ча си­деть. По­это­му вы­би­ра­ем юмор, рас­счи­тан­ный на всех.

Я: Бы­ва­ет та­кое, что ни­чем не при­ме­ча­тель­ная шут­ка выс­тре­ли­ва­ет, а но­ме­ра, над ко­то­ры­ми ра­бо­та­ешь дня­ми и но­ча­ми, про­хо­дят без осо­бо­го фу­ро­ра?

Д: Бы­ва­ет, и очень час­то. Про­фес­си­ональ­ная бо­лезнь каж­до­го ар­тис­та – за­бы­вать сло­ва и им­про­ви­зи­ро­вать. По­рой, ра­бо­та­ешь с от­бив­кой оп­ре­де­лен­ной ми­ни­атю­ры це­лый день, по­том за­бы­ва­ешь ее на выс­туп­ле­нии, сто­ишь с ог­ром­ны­ми гла­за­ми и го­во­рить что-то та­кое, от че­го весь зал хо­хо­чет.

К: Ког­да нам что-то нра­вит­ся – бы­ва­ет, не про­хо­дит, а ког­да го­во­рим обыч­ную с ви­ду шут­ку – зал па­да­ет под стол, а мы не по­ни­ма­ем, в чем де­ло. Бла­го, у нас в ко­ман­де есть лю­ди, ко­то­рые та­кие шту­ки и соз­да­ют. Хо­тя мы им мо­жем не ве­рить, но они го­во­рят: «Это пройдет на ура», обыч­но все так и вы­хо­дит.

Я: Го­во­рят, что юмо­рис­та­ми рож­да­ют­ся, а не ста­но­вят­ся. Не­уже­ли это прав­да?

Д: Есть 2 при­ме­ра то­го, что ни­ми мож­но стать. В дет­стве я не был та­ким смеш­ным, я в се­бе это вос­пи­тал. А есть лю­ди, у ко­то­рых от рож­де­ния та­кое внут­рен­нее сос­то­яние.

К: Я рань­ше не был смеш­ным. Я и сейчас не смеш­ной (сме­ет­ся). В се­бе от­крыл это еще в КВН, ког­да на­чал иг­рать там клас­се в 10-ом. По­нял, что мо­гу пи­сать неп­ло­хие шут­ки. А по­том при­шел опыт.

Д: Это ка­са­ет­ся лю­бо­го та­лан­та. Есть че­ло­век, ро­див­шийся тан­цо­ром, он от рож­де­ния гиб­кий, плас­тич­ный, ему все лег­ко да­ет­ся. А есть че­ло­век, ко­то­рый па­шет. На­вер­ное, мы па­ха­ри.

Я: Вы еще ра­бо­та­ете ве­ду­щи­ми в сти­ле Co­medy. Слож­но сов­ме­щать «Man­hat­tan Show» и ра­бо­ту?

Д: И то, и то для нас ра­бо­та. Ес­ли бы мы не от­но­си­лись к «Man­hat­tan Show» как к ра­бо­те, все­го это­го бы не бы­ло. Од­наж­ды «Man­hat­tan Show» был на гра­ни сры­ва, мы не про­во­ди­ли его око­ло ме­ся­ца. Чуть-чуть пов­здо­ри­ли меж­ду со­бой. Все за­тор­мо­зи­лось, но по­том мы по­ня­ли, что на­до вос­при­ни­мать это как ра­бо­ту и от­но­сить­ся со­от­вет­ствен­но серь­ез­нее.

Я: Мно­гое на выс­туп­ле­нии за­ви­сит от под­го­тов­ки или от нас­тро­ения? К при­ме­ру, на­ха­ми­ли ут­ром в ав­то­бу­се, и все, выс­туп­ле­ние не удас­тся?

Д: Это про­фес­си­ональ­ная мас­ка. Мы раз­ра­ба­ты­ва­ем ее. Бы­ва­ет дос­та­точ­но слож­но пе­рек­лю­чить­ся на тех же кор­по­ра­ти­вах. Ка­кой-то дя­дя, ко­то­ро­му все рав­но, кто ты и что ты; пос­то­ян­ные выс­туп­ле­ния под чав­канье, стук ло­же­чек и ви­ло­чек. Это про­фес­сия. Ты вы­хо­дишь, ты дол­жен от­ра­бо­тать и уйти. В на­шем ва­ри­ан­те – улыб­ка на все 32. За ку­ли­са­ми мо­жешь пла­кать, го­во­рить, что бо­лит ру­ка, но на сце­не у те­бя всег­да дол­жно быть от­лич­ное нас­тро­ение.

К: Ни­ко­го не вол­ну­ет внут­рен­нее сос­то­яние. Мы вы­хо­дим и вклю­ча­ем­ся в ра­бо­ту.

Я: Го­во­рят, ког­да че­ло­век улы­ба­ет­ся, да­же ес­ли ему не­ве­се­ло, ор­га­низм об­ма­ны­ва­ет­ся и пос­те­пен­но втя­ги­ва­ет­ся в этот об­ман. Бы­ва­ет так, что грус­тно и оди­но­ко, и вы вы­хо­ди­те на сце­ну, за­ря­жа­етесь энер­ге­ти­кой, а по­том за ку­ли­са­ми по­ни­ма­ете, что все не так пло­хо?

К: Все за­ви­сит от зри­те­ля. Ес­ли они за­ря­жа­ют нас по­зи­тив­ной энер­ге­ти­кой, мы бу­дем с от­лич­ным нас­тро­ени­ем. На 60 про­цен­тов все за­ви­сит от зри­те­ля.

Я: Ка­ких зри­те­лей хо­те­лось бы ви­деть? Бы­ва­ют же и неб­ла­го­дар­ные, ко­то­рые вро­де бы день­ги пла­тят, и хо­дят на шоу, но как-то не осо­бо по­зи­тив­но ре­аги­ру­ют.

К: На­до про­вес­ти со­цоп­рос. Боль­шин­ство бла­го­дар­но. Не­ко­то­рые лю­ди при­хо­дят и го­во­рят: «Вы клас­сно шу­ти­те, но нам не пон­ра­ви­лось мес­то». Но мы не мо­жем всех рас­са­дить иде­аль­но, это фи­зи­чес­ки не­воз­мож­но. У нас есть рам­ки за­ла, сце­ны. В це­лом, все очень до­воль­ны, по­то­му что смех прод­ле­ва­ет жизнь.

Я: Ка­кой ваш са­мый лю­би­мый анек­дот или шут­ка?

Д: Они не пройдут цен­зу­ру (сме­ет­ся).

К: На­ша ко­ман­да по анек­до­там не выс­ту­па­ет. Шут­ки каж­дый раз ме­ня­ют­ся, их мно­го. Но анек­дот мож­но рас­ска­зать, а нас на­до по­ка­зы­вать.

Д: Клю­че­вая бо­лезнь КВНщи­ка – он вста­ет и на­чи­на­ет по­ка­зы­вать шут­ку.

Я: Еще од­на бо­лезнь КВНщи­ка – не­на­висть к 1-ому ап­ре­ля. Как вы от­но­си­тесь к Дню ду­ра­ков?

Д: Ор­га­ни­зо­вы­ва­ем ка­кую-то ве­че­рин­ку.

К: Я нейтраль­но от­но­шусь. Наш праз­дник – 8 но­яб­ря – день КВНщи­ка. Для нас и «Man­hat­tan Show» праз­дник.

Д: Хоть и ра­бо­та.

К: Да, мно­гие ведь идут на ра­бо­ту с тру­дом, а мы идем с улыб­кой. По­лу­ча­ем мас­су удо­воль­ствия. Это боль­шая сос­тав­ля­ющая на­ше­го ус­пе­ха.

Я: Ка­кие у ва­ше­го про­ек­та пла­ны на бу­ду­щее? Ка­кие пер­спек­ти­вы?

К: Чес­тно го­во­ря, это сек­рет. Ин­три­га, ко­то­рую мы от­кро­ем в бли­жайшем бу­ду­щем. В од­ном хо­чу убе­дить – мы не бу­дем сто­ять на мес­те!

 

Рекламный отдел и Редакция

ПОЛТАВА: +38(093) 66-09-555, (0532)69-33-77

КРЕМЕНЧУГ: +38(096) 922-20-02

ДНЕПР: +38(096) 235-02-15

facebook.com/groups/kolizey1

This e-mail address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

You are here:   HomeПерсонаЯрослава Руденко